Если бы меня спросили, кем я хотел бы быть в следующей жизни, я бы не колеблясь ответил: генералом. Не важно даже каким — пехотным, артиллерийским, милицейским. Но чтобы сразу же погоны с золотыми генеральскими звездами. Потому что эти заветные погоны, словно золотой ключик, отворили бы мне сердца избирателей. Секрет-то простой и старый, как мир, Мы все еще мечтаем о “сильной руке”, надеемся на нее. Ну ничего с нами не поделаешь — привыкли мы жить в полувоенном государстве. И до сих пор думаем, что раз надо навести порядок — это может сделать только человек в погонах. То ли призрак Пиночета бродит по украинским просторам, то ли более знакомый мундир генералиссимуса Сталина спать не дает. А может, просто сложилось у нас стойкое убеждение: генерал, человек в погонах, человек с ружьем — значит, защитник. А защитнику всегда доверия больше. Он вроде бы и более честный, чем штатские, и более требовательный к подчиненным. Светлый образ “боевого генерала”, что ни говори, живет в нашем сознании. И очень часто, когда приходит время выбирать лидера, мы оказываемся в плену именно этого образа. Настолько он нас гипнотизирует, как удав кролика, что мы не даем себе труда хотя бы понять, что генерал генералу — рознь. В России уже есть печальный опыт правления генералов. Они занимают губернаторские посты в двух областях: в Курской — генерал Руцкой, в Красноярском крае — генерал Лебедь. Сценарий выборов и в одном, и в другом регионе был примерно одинаков. Когда генерал шел на выборы, им восхищались, ему доверяли как честному, бескомпромиссному, с военной выправкой политику. Генералы брали Курск и Красноярск, въезжали на белом коне. И уже потом, после выборов, жители этих областей понимали, что ошиблись. На свет выходили очень интересные подробности предвыборных кампаний. Да и сами генералы на поверку оказывались далеко не идеалами чистоты и принципиальности. За предпринимателем Быковым, который поддерживал в Красноярске генерала Лебедя, гонялись российское ФСБ, американское ФБР и даже Интерпол. Гонялись полгода, пока не поймали. Оказался преступником, обросшим “черными делишками”, замешанным в связях с криминальными бизнесменами братьями Черными. Курский губернатор Руцкой оказался и того лучше, поставив на все важные посты в области не просто сторонников, а членов своей семьи, губернатор успел полностью “приватизировать” область. Не выполнив при этом ни одного предвыборного обещания — как был Курск нищей глубинкой России, так и остался. Эти вот российские эксперименты убедительно показали одно: генералы должны заниматься своим делом. Они должны нести службу, охранять отечество или бороться с преступностью. Но в политику, а особенно в управление городами и областями, им лучше не лезть. Если даже генерал окажется честным и не хапугой сам, нет гарантии от того, что в его окружении не будет воров и взяточников. Но если даже окружение генерала кристально чистое (чего в практике пока не было), стать хорошим президентом, мэром или губернатором у генерала намного меньше шансов, чем у кого бы то ни было. А ведь и в самом деле. Подумайте, как трудно кадровым военным, попавшим сегодня под сокращение, приспособиться к жизни на “гражданке”, к гражданским специальностям. А почему мы думаем, что генералу легче перейти от командования гарнизоном или милицейским подразделением к управлению городом или областью? В армии, милиции, спецслужбах работа поставлена не так, как в городском хозяйстве или в областной, допустим, администрации. Коммунальщиков же не построишь и не выведешь на работу, если они не получали полгода денег! И не заставишь дворников бесплатно вкалывать. В силу своей привычки к армейским методам управления генералы в гражданской ситуации сразу же теряются. К тому же, все генералы так или иначе — кадровые советские офицеры, они привыкли к тому, что средства на военные расходы текут как из рога изобилия. Они просто не понимают, что такое дефицит бюджета, что значит — городу не хватает денег. С экономикой как правило (это правило пока не нарушалось) у генералов нелады. Во время президентской кампании 1999 г. Украина смеялась над предложением генерала Марчука ввести госмонополию на торговлю водкой. Яснее ясного — это привело бы к расцвету теневого производства “левой водки”, которую контролировала бы мафия. Или вот совсем свежий пример. Один из кандидатов в мэры Запорожья генерал Поляк в одном интервью сравнивал наш город с Киевом и возмущался тем, что в Киеве мэрия управляет акциями крупных промышленных предприятий. Смех, да и только! Во-первых, генерал перепутал Киев с Москвой: киевская мэрия ничем не управляет и тем более не владеет — не те у нас законы. Во-вторых, управление акциями предприятий дозволено в Украине только одной (!) администрации, да и то областной — такой эксперимент проводится в Днепропетровске. Смешно-то смешно, но перед нами — принципиальный для города вопрос. Видимо, генерал надеется на этот источник пополнения городского бюджета. Но источник же нереальный, мифический. Не хотелось бы обвинять генерала Поляка в намеренной лжи своим сторонникам. Скорее всего дело в том, что с экономикой и тонкостями законодательства у него ба-альшие проблемы. И стань он мэром, город не сможет спасти даже та “команда профессионалов”, которую он якобы может набрать. Если “первое лицо” само не разбирается в вопросах хозяйствования, его подчиненные могут делать все, что захотят. А могут и ничего не делать — результат будет один и тот же. Но все это — доводы логики, уроки опыта — слава Богу не нашего, а чужого. Но мы же к голосу логики прислушиваться не сильно привыкли. Да и забудется вся логика, когда встанет генерал на трибуну, расправит плечи, сверкнет звездами на солнце, рубанет шашкой!.. Избиратель так клюет на это! Нет, все-таки в будущей жизни хочу быть генералом. Неважно каким — пехотным, артиллерийским или милицейским. Но чтобы сразу же — погоны со звездами.
